Деяния Махараджи Агнидхры

Выполняя наказ своего отца, Махараджи Приявраты, Махараджа Агнидхра правил Джамбудвипой так, как того требуют законы религии. Эти законы — полная противоположность законам, по которым живет современное атеистическое общество. В этом стихе ясно сказано, что Махараджа Агнидхра заботился о своих подданных, как о родных детях, и правил ими в строгом соответствии с законами религии (дхарма̄векшама̄н̣ах̣). Глава государства обязан следить за тем, чтобы его подданные всегда следовали заповедям религии. Ведическая религия — это варнашрама-дхарма, свод обязанностей для четырех варн и четырех ашрамов. Дхармой называют законы, установленные Верховной Личностью Бога, и первая заповедь дхармы, религии, гласит: всем людям надлежит выполнять обязанности, предписанные Господом для различных варн и ашрамов. В соответствии с качествами и деятельностью людей общество должно делиться на брахманов, кшатриев, вайшьев и шудр, а также на брахмачари, грихастх, ванапрастх и санньяси, и каждый человек должен выполнять обязанности, предписанные для его варны и ашрама. Это и есть законы религии, и глава государства обязан следить за тем, чтобы все его подданные неукоснительно соблюдали их. При этом он должен действовать не просто как лицо, облеченное властью, но и как отец, всегда желающий добра своим детям. Такой отец строго следит за тем, чтобы его дети добросовестно выполняли свои обязанности, а если дети не слушаются — наказывает их.

В эпоху Кали главы государств поступают вопреки заповедям религии, о которых говорится в этом стихе. Нынешние президенты превратились в обычных сборщиков налогов; они не заботятся о том, чтобы люди исполняли свой религиозный долг. Более того, они поощряют всевозможные греховные действия, в частности недозволенный секс, употребление одурманивающих веществ, убийство животных и азартные игры. Эти четыре основных порока распространились ныне по всей Индии. Еще сто лет назад совершать подобные грехи считалось среди индийцев недопустимым, но теперь их совершают в каждой индийской семье. Это доказывает, что люди больше не склонны следовать заповедям религии. Руководители современных государств заботятся лишь о том, как бы собрать побольше налогов. Их, в отличие от царей прошлого, совершенно не беспокоит духовное благополучие людей. В наши дни государство стало светским, чуждым религиозных принципов. В «Шримад-Бхагаватам» предсказывается, что в Кали-югу основным занятием глав государств станет дасью-дхарма — воровство и грабеж. Современные правители — это разбойники с большой дороги. Они не защищают своих подданных, а только грабят. Обычно воровство и грабеж считаются противозаконными, однако теперь, в век Кали, как и предсказано в «Шримад-Бхагаватам», людей грабят сами законодатели. Согласно другому предсказанию «Шримад-Бхагаватам» (которое тоже сбывается), многочисленные грехи правителей и их подданных приведут к тому, что будет выпадать все меньше дождей. Со временем из-за постоянной засухи станет невозможно выращивать злаки, и людям придется есть лишь мясо и семена сорняков. Многие добродетельные, религиозные люди будут покидать свои дома, потому что засуха, голод и высокие налоги сделают их жизнь невыносимой. Единственной силой, способной спасти человечество от всех этих бедствий, является Движение сознания Кришны. Это Движение следует авторитетной духовной традиции, и вся деятельность его построена на научной основе и направлена на благо всех людей.

Царь Агнидхра стал питрилока-камой: у него возникло желание попасть на планету, которая называется Питрилока. Эта планета упоминается в «Бхагавад-гите» (йа̄нти дева- врата̄ дева̄н питР̣̄н йа̄нти питр̣-врата̄х̣). Жить на Питрилоке могут только те, у кого есть хорошие, праведные сыновья, которые делают подношения Господу Вишну, а затем предлагают остатки этих подношений (прасад) своим предкам. Цель обряда шраддха — умилостивить Господа Вишну, Верховную Личность, а удовлетворив Господа, человек может поднести прасад предкам, и это сделает их счастливыми. Большинство обитателей Питрилоки относятся к категории карма-кандия, иначе говоря, они занимались кармической деятельностью и попали на эту планету в награду за свои благочестивые дела. Они могут оставаться там до тех пор, пока их потомки предлагают им вишну-прасад. Однако рано или поздно, насладившись плодами своих благочестивых поступков, обитатели всех райских планет, в том числе Питрилоки, должны будут вернуться на Землю. В «Бхагавад-гите» (9.21) об этом сказано так: кшӣн̣е пун̣йе мартйа-локам̇ виш́анти — те, кто творит дела благочестия, попадают на райские планеты, но затем, когда запас их хорошей кармы подходит к концу, возвращаются на Землю.

Махараджа Прияврата был великим преданным — как же тогда объяснить, что у его сына возникло желание отправиться на Питрилоку? Господь Кришна говорит: питР̣̄н йа̄нти питр̣-врата̄х̣ — тем, кто стремится на Питрилоку, дается возможность попасть туда. И точно так же те, кто ставит своей целью достичь Вайкунтхалок, духовных планет, непременно достигнут их (йа̄нти мад- йа̄джино ’пи ма̄м). Казалось бы, Махарадже Агнидхре как сыну вайшнава следовало стремиться в духовный мир, на Вайкунтхалоку. Почему же он все-таки захотел родиться на Питрилоке? Отвечая на этот вопрос, Госвами Гиридхара, один из комментаторов «Бхагаватам», объясняет, что во время зачатия Агнидхры Махараджа Прияврата был охвачен вожделением. У нас есть все основания согласиться с ним, ибо наклонности и склад ума будущего ребенка во многом зависят от состояния ума его родителей в момент зачатия. Вот почему, согласно ведическим предписаниям, перед зачатием ребенка будущие родители должны совершить гарбхадхана- самскару. Этот обряд приводит ум отца в надлежащее состояние, и, когда отец вносит семя в лоно жены, состояние его ума передается будущему ребенку, который благодаря этому станет преданным Господа. Сейчас гарбхадхана-самскары не проводятся, поэтому, как правило, в момент зачатия детей родители охвачены вожделением. Такая ситуация характерна для нынешнего века, Кали-юги, когда люди, подобно кошкам и собакам, вступают в половые отношения лишь ради наслаждения. Поэтому в шастрах говорится, что почти все в этот век рождаются шудрами. Но что касается Махараджи Агнидхры, то, хотя он и стремился попасть на Питрилоку, сознание его, безусловно, отличалось от сознания шудры: он был настоящим кшатрием.

Махараджа Агнидхра захотел попасть на Питрилоку, а для этого ему нужна была жена, потому что человек, желающий родиться на Питрилоке, должен оставить после себя достойного сына, который будет ежегодно подносить ему пинду, прасад Господа Вишну. Чтобы у него родился такой сын, Махараджа Агнидхра решил жениться на девушке из семьи полубогов. Поэтому он отправился на гору Мандара, которую часто посещают небожительницы, и стал поклоняться Господу Брахме. В «Бхагавад-гите» (4.12) сказано: ка̄н̇кшантах̣ карман̣а̄м̇ сиддхим̇ йаджанта иха девата̄х̣ — те, кто хочет быстро добиться успеха в мирских делах, поклоняются полубогам. То же самое говорится в «Шримад-Бхагаватам»: ш́рӣ- аиш́варйа-праджепсавах̣ — человек, желающий разбогатеть, иметь красивую жену и много сыновей, поклоняется полубогам. Однако разумные люди, преданные Господа, не становятся рабами материального счастья, олицетворением которого является красивая жена, дети и богатство. Вместо этого они стараются как можно скорее вернуться домой, к Богу, и потому поклоняются Верховному Господу, Вишну.

Особого внимания здесь заслуживают слова бхагава̄н а̄ди-пурушах̣. Бхагава̄н а̄ди-пурушах̣ — это Господь Кришна. Об этом говорится в «Брахма-самхите»: говиндам а̄ди-пурушам̇ там ахам̇ бхаджа̄ми — Господь Кришна является изначальным существом. В «Бхагавад-гите» Арджуна тоже называет Кришну изначальным существом (пурушам̇ а̄дйам), а Санджая называет Его Бхагаваном. Однако в этом стихе слова бхагава̄н а̄ди-пурушах̣ относятся к Господу Брахме. Его называют Бхагаваном потому, что он первое существо во вселенной и, будучи представителем Верховной Личности Бога, наделен огромным могуществом. Господь Брахма обладает теми же способностями, что и Господь Вишну, поэтому он сразу узнал о желании Махараджи Агнидхры. Господь Вишну знает желания всех живых существ, ибо в образе Параматмы находится в сердце каждого из них, и Господу Брахме тоже известны их желания, так как он узнаёт об этом от Вишну. В «Шримад-Бхагаватам» (1.1.1) сказано: тене брахма хр̣да̄ йа а̄ди-кавайе — Господь Брахма получает все необходимое знание от Господа Вишну, пребывающего в его сердце. Брахма остался доволен тем, как Махараджа Агнидхра поклонялся ему, и велел апсаре Пурвачитти отправиться к Агнидхре и исполнить его желание.

Истинный йог всегда погружен в мысли о Верховной Личности Бога. Дхйа̄на̄вастхита-тад-гатена манаса̄ паш́йанти йам̇ йогинах̣ (Бхаг., 12.13.1). Йог, обуздавший чувства, которые подобны ядовитым змеям, постоянно созерцает Верховную Личность Бога у себя в сердце. В «Бхагавад-гите» йогам рекомендуется держать глаза полуоткрытыми: сампрекшйа на̄сика̄грам. Если йог совсем закроет глаза, его будет клонить в сон. Те, кто увлекается новомодными системами йоги, любят медитировать с закрытыми глазами, однако я сам видел, как такие, с позволения сказать, йоги во время медитации спят и даже похрапывают. Разумеется, их «медитация» не имеет с йогой ничего общего. Тот, кто хочет по- настоящему заниматься йогой, должен держать глаза полуоткрытыми, сосредоточив взгляд на кончике носа.

Агнидхра, сын Приявраты, занимался мистической йогой, пытаясь обуздать свои чувства, но звон ножных колокольчиков Пурвачитти заставил его прервать медитацию. Йога индрийа-сам̇йамах̣: задача практики йоги — обуздать чувства. Тот, кто занимается мистической йогой, должен всегда держать чувства в повиновении. Но преданные Господа занимают все свои чувства служением Господу (хр̣шӣкен̣а хр̣шикеш́а-севанам), и благодаря этому их чувства очищаются и больше не причиняют им никаких беспокойств. Шрила Прабодхананда Сарасвати описал это так: дурда̄нтендрийа-ка̄ла-сарпа-пат̣алӣ проткха̄та-дам̇шт̣ра̄йате (Чайтанья-чандрамрита, 5). Практика йоги, безусловно, полезна: она позволяет обуздать чувства, которые сравнивают с ядовитыми змеями. Но что касается преданного, то, поскольку он использует свои чувства только для служения Господу, они становятся совершенно безопасными. Змея опасна потому, что у нее есть ядовитые зубы, если же их вырвать, то, какой бы страшной она ни казалась, ее уже можно не бояться. Поэтому преданный может оставаться невозмутимым даже в обществе сотен и тысяч очаровательных женщин, но, если их соблазнительные формы увидит обыкновенный йог, для него это кончится падением. Даже такой великий йог, как Вишвамитра, соблазненный красотой Менаки, не смог удержаться и, выйдя из транса, вступил с ней в связь, в результате чего у них родилась девочка, которую назвали Шакунталой. Иначе говоря, практика мистической йоги не позволяет полностью обуздать чувства. Другой тому пример — Махараджа Агнидхра. Стоило ему услышать звон колокольчиков на лодыжках Пурвачитти, как все его внимание переключилось на нее. Подобно Вишвамитре Муни, которого привлек звон ножных браслетов Менаки, Агнидхра, услышав звон украшений прекрасной Пурвачитти, сразу открыл глаза, чтобы полюбоваться ее грациозной походкой. Молодой царь тоже был очень хорош собой: в этом стихе его глаза сравниваются с бутонами лотоса. Открыв свои лотосоподобные глаза, он увидел, что Пурвачитти уже совсем близко.

Как явствует из этого выразительного описания, движения красивой женщины, ее волосы, грудь, бедра и другие части тела пленяют умы не только людей, но и полубогов. Слова дивиджа и мануджа употребляются здесь специально, чтобы подчеркнуть, что в материальном мире женским чарам подвластны все мужчины, будь то на Земле или на высших планетах. Из ведических писаний известно, что условия жизни на высших планетах в тысячи раз лучше, чем на Земле. А значит, и женщины там в тысячи раз красивее, чем здесь. Создавая женщин, творец позаботился о том, чтобы их нежный голос и телодвижения, а также бедра, грудь и другие части тела привлекали представителей противоположного пола как на этой, так и на других планетах и возбуждали в них желание. Мужчина, очарованный женской красотой, становится пленником Купидона и словно каменеет, забыв обо всем на свете. Привлеченный изящными женскими формами, он хочет навеки оставаться в материальном мире. Другими словами, тот, кто наслаждается, созерцая красивую женскую фигуру, сам ставит себе преграды на пути в духовный мир. Вот почему Шри Чайтанья Махапрабху наказывал всем преданным держаться подальше от красивых женщин и прочих мирских соблазнов. Он даже отказался встречаться с Махараджей Пратапарудрой, поскольку тот обладал огромными богатствами. Господь Чайтанья объяснил Свое решение так: нишкин̃чанасйа бхагавад-бхаджанонмукхасйа — тот, кто идет путем преданного служения и искренне желает вернуться домой, к Богу, никогда не должен созерцать красивые женские формы и общаться с богатыми людьми.

«Для того, кто серьезно намерен переправиться через океан материального бытия и, избавившись от эгоистических желаний, посвятить себя трансцендентному любовному служению Господу, смотреть на мужчину или женщину, живущих ради чувственных удовольствий, страшнее, чем пить яд» (Ч.-ч., Мадхья, 11.8). Итак, тот, кто по-настоящему хочет вернуться домой, к Богу, не должен созерцать красоту женского тела или восторгаться богатствами состоятельных людей, ибо это помешает его духовному развитию. Впрочем, преданного, который утвердился в сознании Кришны, эти соблазны больше не привлекают.

Агнидхру, который предавался в лесу суровой аскезе, пленила красота Пурвачитти — небесной девы, посланницы Господа Брахмы. В «Бхагавад-гите» сказано: ка̄маис таис таир хр̣та-джн̃а̄на̄х̣ — когда человека охватывает вожделение, он теряет рассудок. Так и Агнидхра, потеряв рассудок, не мог понять, мужчина перед ним или женщина, и по ошибке принял Пурвачитти за муни-путру, сына святого, живущего в лесу; он назвал ее муни-варьей. И все же ему не верилось, что перед ним юноша — уж слишком красива была апсара. Поэтому он стал всматриваться в ее черты, и первым, на что он обратил внимание, были брови — такие живые и выразительные, что Агнидхра подумал: может быть, к нему явилась сама майя, иллюзорная энергия Верховной Личности Бога? Верховный Господь в этом стихе описывается словами бхагават-пара-девата̄йа̄х̣. Все деваты, полубоги, принадлежат к материальному миру, но Бхагаван, Кришна, находится за его пределами, поэтому Верховную Личность Бога называют пара- деватой. Материальный мир, безусловно, является порождением майи, но создается он под надзором пара-деваты, Верховной Личности Бога. Как объясняется в «Бхагавад-гите», майя не является высшим творцом этого мира, она лишь исполняет волю Кришны (майа̄дхйакшен̣а пракр̣тих̣ сӯйате са-чара̄чарам).

Брови Пурвачитти были необычайно прекрасны, поэтому Агнидхра сравнил их с луками без тетивы и спросил, нужны ли эти луки ей самой, или же она собирается отдать их кому-то другому. Ее брови напоминали луки, с которыми охотятся на диких животных. Материальный мир подобен огромному лесу, а его обитатели — обреченным на гибель диким животным, таким, как олени, тигры и т. п. Этих животных убивают из луков, которыми являются брови красивых женщин. Очарованные женской красотой, все мужчины в материальном мире становятся жертвами этих луков без тетивы. Так майя убивает их, но они этого не понимают. Рано или поздно им всем суждено погибнуть (бхӯтва̄ бхӯтва̄ пралӣйате). Благодаря своей тапасье Агнидхра понимал, как действует майя, и знал, что она исполняет волю Верховной Личности Бога.

Кроме того, важную роль в этом стихе играет слово праматта̄н. Праматтой называют того, кто не владеет чувствами. Праматты, или, как их еще называют, вимудхи, пытаются наслаждаться в материальном мире. Вот что говорит о них Махараджа Прахлада:

«Жизнь таких людей проходит впустую, ибо они погрязли в мирских делах и день и ночь трудятся ради мимолетных чувственных удовольствий. Они даже не пытаются обрести любовь к Богу. Мне очень жаль их, поэтому я всегда думаю о том, как вызволить их из когтей майи» (Бхаг., 7.9.43). Итак, слова вимукха, вимӯд̣ха и праматта употребляются в шастрах для обозначения карми, то есть тех, для кого главное в жизни — удовлетворять потребности своих чувств. Такие люди становятся жертвами майи. Прямая противоположность им — апраматты или дхиры, то есть люди трезвомыслящие, способные владеть чувствами. Они прекрасно знают, что первейшая обязанность человека — служить Верховной Личности. Апраматты неподвластны майе, тогда как праматты в любой момент могут пасть жертвой ее невидимых стрел. Вот что имел в виду Агнидхра, когда спросил Пурвачитти, зачем ей луки без тетивы.

Поймав неотразимый взгляд Пурвачитти, Агнидхра сравнил ее глаза с острыми стрелами. Глаза Пурвачитти были прекрасны, как лотосы, но в то же время их можно было сравнить со стрелами без древка, и это настораживало Агнидхру. Он надеялся прочесть в глазах Пурвачитти благосклонность, ибо уже был очарован ею, и чем больше он пленялся ее красотой, тем яснее понимал, что уже не сможет жить без нее. Тогда Агнидхра стал молить Пурвачитти, чтобы ее взгляды принесли ему счастье, а не разочарование. Иными словами, он хотел, чтобы она стала его женой.

Охваченный страстью, Агнидхра продолжал разглядывать Пурвачитти, и теперь его внимание привлекли ее соблазнительные бедра и тонкая талия. Когда вожделеющий мужчина видит женщину, он прежде всего смотрит на ее лицо, грудь и талию, потому что прекрасные черты лица женщины, ее пышные груди и тонкая талия — это первое, что привлекает того, кто стремится удовлетворить свою страсть. На Пурвачитти было одеяние из тончайшего желтого шелка, поэтому бедра ее цветом напоминали цветы кадамбы. Пояс, который перетягивал ее талию, казался кольцом из тлеющих угольков. Она была полностью одета, однако вожделение настолько овладело Агнидхрой, что ему показалось, будто Пурвачитти стоит перед ним обнаженной.

Агнидхра любовался грудью Пурвачитти. Завидев высокий женский бюст, он едва не лишился рассудка, но при этом по-прежнему не мог понять, что перед ним не юноша, а девушка. Дело в том, что благодаря своей аскезе он перестал видеть различия между живыми существами и потому, обращаясь к Пурвачитти, назвал ее словом двиджа («о брахман»). Но зачем двидже, юноше-брахману, нести за пазухой два рога? Агнидхра подумал, что, раз юноше с такой тонкой талией тяжело нести эти два больших рога, значит, они наполнены чем-то очень ценным — а иначе зачем бы он нес их? Тонкая талия и пышная грудь делают женщину неотразимой. Агнидхре, взгляд которого был прикован к Пурвачитти, казалось, что для ее изящной фигуры такая тяжелая грудь — непосильная ноша. Он вообразил, будто ее грудь — это два рога, которые она прикрыла тканью, чтобы не было видно их драгоценного содержимого. Ему очень хотелось увидеть, чем же они наполнены, поэтому он попросил апсару: «Открой же их, покажи мне, что ты несешь. Не беспокойся, я ничего у тебя не возьму. Если тебе неудобно, я могу помочь: я сам открою эти два рога, чтобы посмотреть, что за драгоценности в них спрятаны». Кроме того, Агнидхру удивило, что грудь Пурвачитти посыпана красной пудрой — ароматизированной кункумой. Но, несмотря на все это, он продолжал считать Пурвачитти юношей и назвал юного муни субхагой, «счастливчиком». «Юноша» и вправду был удачлив — иначе как бы ему удалось, просто стоя перед Агнидхрой, наполнить его ашрам благоуханием?

Все еще не понимая, кто перед ним, Агнидхра пожелал увидеть место, откуда пришел юноша-брахман. «В той стране люди необычайно красивы, — думал молодой царь, глядя на прекрасную грудь Пурвачитти. — Наверное, они очень праведны и заслужили такую красоту аскетическими подвигами». Чтобы Пурвачитти не отказалась проводить его к себе, он назвал девушку сухриттамой, «лучшим другом». Его очаровала не только ее высокая грудь, но и сладкозвучная речь. Казалось, что из ее уст изливается нектар, и чем больше Агнидхра слушал ее, тем сильнее изумлялся.

Преданные Господа Вишну также относятся к Его воплощениям. Их называют вибхинна̄м̇ш́а. Господу Вишну приносят в жертву разнообразные подношения, и, поскольку преданные едят только прасад — остатки трапезы Господа или остатки трапезы Его преданных, — аромат этих подношений исходит как от Вишну, так и от преданных. От тела Пурвачитти исходило благоухание, поэтому Агнидхра решил, что перед ним воплощение Господа Вишну. Ее драгоценные серьги по форме напоминали акул, разметавшиеся волосы были похожи на пчел, опьяненных ароматом ее тела, а ровные белые зубы — на плывущих вереницей лебедей. Очарованный этими лебедями, пчелами, рыбами и лотосами, Агнидхра сравнил лицо Пурвачитти с живописным озером.

Пурвачитти играла с мячом, и казалось, будто она ловит цветок лотоса рукой, тоже похожей на лотос. Волосы играющей девушки разметались, а поясок все слабее удерживал ее одежды, как будто лукавый ветер пытался раздеть ее. Однако она нисколько не заботилась о том, чтобы привести в порядок свой наряд и прическу. Глаза Агнидхры, который сгорал от желания увидеть прекрасную Пурвачитти обнаженной, едва успевали за ее движениями.

Агнидхра по достоинству оценил удивительную красоту Пурвачитти и решил, что она заслужила эту красоту тем, что совершала в прошлых жизнях аскетические подвиги. Он даже спросил Пурвачитти, не для того ли ей понадобилась такая красота, чтобы заставлять подвижников нарушать свои обеты. «Наверное, — подумал он, — Господь Брахма, творец вселенной, остался мною доволен и прислал эту девушку, чтобы она стала моей женой». Агнидхра предложил Пурвачитти стать его спутницей жизни, чтобы они могли вместе совершать аскетические подвиги. Иначе говоря, семейные люди тоже могут предаваться аскезе, и хорошая жена всегда будет помогать мужу исполнять его обеты, однако для этого оба они должны находиться на достаточно высоком духовном уровне. Если муж и жена не обладают духовным знанием, их совместные попытки совершать аскезу не увенчаются успехом. Господь Брахма, творец вселенной, хочет, чтобы в мире рождались благочестивые живые существа, и, пока мужчина не заслужит его благосклонность, он не сможет получить хорошую жену. Поэтому ведический свадебный обряд включает в себя поклонение Господу Брахме. Даже в наши дни в Индии Брахму изображают на пригласительных свадебных открытках.

Агнидхра честно признался в своей слабости. Он был без ума от Пурвачитти и боялся, что она откажется стать его женой, поэтому он объявил, что не может жить без нее. Его влечение к Пурвачитти было таким сильным, что он готов был отправиться за ней куда угодно, даже в ад. Когда мужчину охватывает вожделение, он буквально становится рабом женщины. Шрила Мадхвачарья замечает по этому поводу, что, когда человек шутит или бредит, он может наговорить всяких глупостей, но его слова не следует принимать всерьез.

Царь Агнидхра был преданным, поэтому его не привлекали материальные наслаждения. Но, поскольку он хотел оставить после себя потомство, ему нужна была жена, и, когда Господь Брахма послал к нему Пурвачитти, Агнидхра сумел льстивыми речами добиться ее благосклонности. Женщинам нравится, когда мужчины им льстят. Того, кто владеет искусством лести, называют видагдхой.

По милости Господа Брахмы союз царя Агнидхры и небесной девы Пурвачитти оказался счастливым, и они прожили вместе много тысяч лет, вкушая все земные и небесные удовольствия.

Известно немало случаев, когда апсары, прекрасные небожительницы, исполняя волю кого-нибудь из главных полубогов (например, Господа Брахмы или Господа Индры), спускались на Землю, становились женами земных людей, рожали детей, а затем возвращались в свою небесную обитель. Например, Менака, спустившаяся с небес, чтобы заставить Вишвамитру Муни нарушить свои обеты, родила Шакунталу, после чего, покинув мужа и ребенка, вернулась на райские планеты. Так и Пурвачитти не осталась с Махараджей Агнидхрой навсегда. Она помогла ему выполнить обязанности грихастхи, а потом покинула мужа и девятерых сыновей, вернулась на райские планеты и снова стала поклоняться Господу Брахме.

Комментируя слова ма̄тух̣ ануграха̄т («по милости матери»), ачарьи отмечают, что речь здесь идет о материнском молоке. В Индии считается, что, если мать хотя бы полгода кормит ребенка грудью, он вырастет очень крепким. Кроме того, в этом стихе сказано, что все сыновья Агнидхры унаследовали качества своей матери. В «Бхагавад-гите» (1.40) сказано: стрӣшу душт̣а̄су ва̄ршн̣ейа джа̄йате варн̣а-сан̇карах̣ — когда женщины развращаются, у них рождается варна-санкара, порочные дети, а когда число порочных людей в обществе возрастает, жизнь в мире превращается в ад. Поэтому, согласно «Ману-самхите», женщин нужно тщательно оберегать и следить, чтобы они хранили целомудрие, — тогда их дети станут достойными членами общества.

Если человек постоянно думает о чем-то, его следующая жизнь обязательно будет связана с объектом его размышлений. Махараджа Агнидхра постоянно думал о Питрилоке, планете, на которую вернулась его жена. Поэтому после смерти он перенесся туда и, по всей вероятности, вновь встретился с Пурвачитти. В «Бхагавад-гите» (8.6) говорится:

«О каком бы состоянии бытия ни помнил человек, покидая тело, этого состояния он и достигнет в следующей жизни». Таким образом, если мы всегда будем думать о Кришне, то есть полностью погрузимся в сознание Кришны, мы перенесемся в вечную обитель Кришны, на Голоку Вриндавану.