Skip to main content

Глава 25

Чистая преданность

твайи ме ’нанйа-вишай
матир мадху-пате ’сакт
ратим удвахатд аддх

гагеваугхам уданвати

О повелитель Мадху, как Ганга вечно течет к океану, не зная препятствий, так и я хочу всегда стремиться к Тебе, не отвлекаясь ни на кого другого.

Шримад-Бхагаватам, 1.8.42

Совершенство чистого преданного служения достигается тогда, когда все внимание сосредоточивается на трансцендентном любовном служении Господу. Разрубить узел всех других привязанностей не означает полностью отказаться от таких возвышенных чувств, как любовь к кому-то. Это невозможно. Живое существо, кем бы оно ни было, должно кого-то любить: это признак жизни. Такие признаки жизни, как желания, гнев, устремления, влечение и т. д., нельзя уничтожить. Их надо лишь перенаправить. От желаний невозможно избавиться, но в преданном служении желание потворствовать своим чувствам меняется на желание служить Господу. Так называемая любовь к семье, обществу, стране и прочему состоит из разных фаз потворства чувствам. Тот же, кто, изменив свое желание, стремится удовлетворить Господа, занимается преданным служением.

В начале «Бхагавад-гиты» Арджуна, потворствуя собственным желаниям, отказывается сражаться со своими братьями и другими родственниками. Но, услышав от Господа Его послание — «Шримад Бхагавад-гиту», он изменил свое решение и исполнил желание Господа. Поступив таким образом, он стал знаменитым преданным Господа: все писания провозглашают, что Арджуна достиг духовного совершенства, преданно служа Господу как своему другу. И битва состоялась, и дружба Арджуны с Кришной сохранилась, но благодаря преданному служению сам Арджуна изменился. В молитвах Кунти тоже говорится о решительной перемене в характере деятельности. Шримати Кунти хотела служить Господу, не отвлекаясь ни на что другое, и молила Его об этом. Такая чистая преданность является высшей целью жизни. Обычно наше внимание направлено на служение тому, что не связано с Господом или не входит в Его планы. А когда человек полностью сосредоточивается на служении Господу, то есть когда его чувства очищены служением Господу, это называется чистым, беспримесным преданным служением. Шримати Кунтидеви хотела достичь такого совершенства и молила об этом Господа.

Ее привязанность к Пандавам и Вришни не выходила за границы преданного служения, поскольку служить Господу и служить преданным — одно и то же. Иногда служение преданному является даже более ценным, чем служение Господу. Однако привязанность Кунтидеви к Пандавам и Вришни, о которой здесь идет речь, была вызвана их родственными отношениями. Привязанности, определяемые мирскими родственными отношениями, — это майя, потому что телесные и умственные связи возникают под влиянием внешней энергии. Истинное родство — это родство душ, основанное на родстве с Высшей Душой. Когда Кунтидеви просила Господа разрубить узы семейного родства, она имела в виду родство оболочек. Такое родство — причина материального рабства, тогда как духовные связи ведут к освобождению. Отношения между душами можно установить через отношения со Сверхдушой. Смотреть в темноте не значит видеть. Но смотреть при свете солнца — значит видеть и само солнце, и все то, что было невидимым в темноте. Таков путь преданного служения.

В предыдущем стихе «Шримад-Бхагаватам» царица Кунти просила Господа избавить ее от привязанности к родственникам — Пандавам и Вришни. Однако отказ от привязанности к материальному — это еще далеко не все. Брахма сатйа джаган митхй, — говорят философы-майявади. «Материальный мир иллюзорен. Истина — в Брахмане (духе)». Мы согласны с этим, но при одном уточнении. Будучи живыми существами, мы стремимся к наслаждению. А наслаждение немыслимо без разнообразия. Невозможно наслаждаться чем-то однообразным. Зачем Бог создал такое множество красок и форм? Чтобы черпать в них наслаждение, ибо разнообразие — мать наслаждения.

Философы-майявади, имперсоналисты, отрицают существование разнообразия, но к чему они приходят? Не занимаясь преданным служением, они взваливают на свои плечи тяжелый груз аскезы и получают при этом лишь временное благо. О таких людях в «Шримад-Бхагаватам» (10.2.32) сказано:

йе ’нйе ’равиндкша вимукта-мнинас
твайй аста-бхвд авиуддха-буддхайа
рухйа кччхреа пара пада тата

патантй адхо ’ндта-йушмад-агхрайа

«О лотосоокий Господь, если человек считает себя освобожденной душой, но не предан Тебе, его разум нечист. Хотя такие люди совершают суровую аскезу и поднимаются на духовный уровень — на уровень осознания безличного Брахмана, — их неизбежно ждет падение, ибо они не поклоняются Твоим лотосным стопам».

Человеческая жизнь дается нам для того, чтобы мы восстановили свои отношения с Богом и действовали в соответствии с ними. Даже в миру, когда деловые люди хотят заключить сделку, они, прежде чем приступить к переговорам, устанавливают между собой некие взаимоотношения. Мужчина и женщина, прежде чем начать совместную жизнь, скрепляют свои отношения законным браком. Так и человеческая жизнь дается нам для того, чтобы восстановить свои отношения с Богом. В материальном мире эти отношения забыты. В нем нет сознания Кришны, ибо, как только оно появляется и становится основой деятельности, мир из материального превращается в духовный.

Будучи женщиной, Кунтидеви была связана узами родства с двумя семьями. Она была привязана к ним и просила Кришну разорвать эти узы и освободить ее. Но зачем ей нужна была свобода? Вот в чем вопрос. Вы можете где-то работать, но, если работа вам не по душе, у вас есть право уволиться. В самом увольнении нет ничего плохого, но, если, уволившись, вы останетесь без работы и не найдете себе применения, много ли пользы будет от такого увольнения?

Разочарованные и запутавшиеся в жизни люди отвергают материальный мир. Они знают, чего избегать, но не знают, к чему стремиться. «Этого я не хочу», — говорят они все время. А чего они хотят? Им это неизвестно.

Кунтидеви указывает, чего должен желать человек. «Я хочу отказаться от родственных связей и укрепить отношения с Тобой», — говорит она. Иными словами, она желает только одной привязанности — привязанности к Кришне. Вот в чем совершенство, к которому все должны стремиться.

Слово ананйа-вишай значит ананья-бхакти, неуклонное преданное служение. Мы должны все время быть привязаны к Кришне. Только тогда мы достигнем совершенства в отречении. Если человек думает, что привязанность к Кришне можно сочетать с привязанностью к материальному, он глубоко заблуждается. Поливая дрова водой, невозможно разжечь костер. Так огонь не появится.

Санньяси-майявади тоже отрекаются от мирской жизни (брахма сатйа джаган митхй). Проповедовать отречение от мирского — это хорошо, но вместе с отречением должна быть и привязанность к чему-то, иначе этого отречения надолго не хватит. Есть много санньяси-майявади, провозглашающих: брахма сатйа джаган митхй, однако, приняв санньясу, они через некоторое время возвращаются к мирской жизни, открывают больницы и занимаются филантропией. Почему? Если они ушли из этого мира, считая его митхьей, иллюзорным, почему они возвращаются сюда и ищут себя в политике, филантропии, общественной деятельности? В сущности, это закономерно: ведь мы — активные по природе живые существа. И все наши попытки жить в бездействии обречены на неудачу. Какими бы опустошенными и разочарованными мы ни были, нам необходимо действовать.

Высшей формой деятельности — духовной деятельности — является преданное служение. Но майявади, к сожалению, не знают об этом. Духовный мир представляется им пустым. Однако там царит такое же разнообразие, как и в материальном мире. Там тоже есть дома, деревья, дороги, колесницы — там есть все, кроме опьяненности материей. В «Брахма-самхите» (5.29) сказано:

чинтмаи-пракара-садмасу калпа-вкша-
лакшвтешу сурабхӣр абхиплайантам
лакшмӣ-сахасра-ата-самбхрама-севйамна

говиндам ди-пуруша там аха бхаджми

«Я поклоняюсь Говинде, предвечному Господу, прародителю всех живых существ, который пасет коров, исполняющих все желания. Он живет в обители из философского камня, окруженной миллионами деревьев желаний. Там Ему с любовью и благоговением служат тысячи богинь процветания, или гопи».

В духовном мире растут деревья калпа-врикша. Они дают любые плоды, какие вам угодно. В материальном мире вы никогда не получите виноград с мангового дерева, а плоды манго — с виноградной лозы. Но в духовном мире одно и то же дерево даст вам и плоды манго, и виноград — стоит лишь пожелать этого. Такие деревья называются деревьями желаний, и они — лишь малая часть того, что существует в духовном мире.

В материальном мире нам нужен свет солнца и луны, а в духовном мире в нем нет необходимости, ибо там каждый и все вокруг излучает сияние. Являя на Земле Свои лилы, Кришна воровал масло, и соседи жаловались на Него матушке Яшоде. На самом деле они, конечно, не жаловались на Кришну, а были в восторге от Его красоты и веселого нрава. Они говорили Яшоде: «Твой сын приходит к нам в дом и ворует масло. Мы прячем масло в темных чуланах, но Он все равно находит его. Будет лучше, если ты снимешь с Него украшения. Их сияние, как нам кажется, помогает Ему отыскать горшки с маслом». «Хорошо, я сниму с Него все драгоценности», — отвечала мать Яшода. «Не надо, — возражали они. — Это ничего не даст. От Него Самого исходит такое сияние, что Он найдет масло и без украшений». Так сияет духовное тело.

Сияние трансцендентного тела Кришны является источником света. В какой бы форме ни существовал видимый нами свет, его источник — сияние Кришны. В «Брахма-самхите» (5.40) сказано:

йасйа прабх прабхавато джагад-аа-кои-
коишв аеша-васудхди-вибхӯти-бхиннам
тад брахма нишкалам анантам аеша-бхӯта

говиндам ди-пуруша там аха бхаджми

«В миллионах вселенных есть бесконечное множество планет, и каждая из них неповторима. Все планеты окружены духовным сиянием, брахмаджьоти. Это сияние исходит от тела Верховной Личности Бога — того, кому я поклоняюсь».

Из сияния тела Кришны возникают миллионы вселенных. В Солнечной системе Солнце дает начало огромному количеству планет; благодаря солнечному свету происходит смена времен года и на планетах поддерживается определенная температура. Благодаря Солнцу растут, зеленеют, плодоносят деревья и распускаются цветы. Точно так же все, что есть в материальном творении, обязано своим существованием сиянию тела Кришны.

Майявади не знают ничего, кроме безличного сияния Господа. Иногда мы видим, как взмывает в небо самолет, однако через некоторое время, когда в глаза начинает бить яркий солнечный свет, самолет уже невозможно разглядеть. И хотя он все еще в небе, мы не видим его. Аналогичным образом, глядя на ослепительное сияние брахмаджьоти, мы никогда не увидим того, кто скрывается за ним. Поэтому в одной из мантр «Ишопанишад» выражается просьба к Господу убрать исходящее от Него сияние и дать возможность разглядеть Его.

Взору философов-майявади не доступны ни деяния Кришны, ни планеты, на которых Он действует. рухйа кччхрена пара пада тата патантй адхо ’нта-йушмад-агхрайа, — сказано в «Бхагаватам». Не видя лотосных стоп Кришны, они будут вынуждены вернуться в материальный мир, какой бы суровой ни была их аскеза. Это значит, что самоотречение само по себе нас не спасет. Искусственное самоотречение всегда заканчивается тем, что человек снова встает на путь чувственных наслаждений. Такого рода самоотречение и наслаждение подобны движению маятника: мы то становимся лжеотшельниками, то превращаемся в мнимых наслаждающихся. А выход вот в чем. Если мы и в самом деле хотим отречься от материального мира, то должны усилить свою привязанность к сознанию Кришны. Одно только отречение от мира не спасет. Вот почему Кунтидеви говорит: твайи ме ’нанйа-вишай. Она молит, чтобы ее внимание всегда было приковано к Кришне и не отвлекалось ни на что другое. Это и есть бхакти, чистое преданное служение, ибо Рупа Госвами говорит, что преданное служение должно быть свободно от любых примесей (анйбхилшит-ӯнйа джна-кармдй-анвтам).

Материальный мир населяют гьяни и карми. Карми — это глупцы, которые без всякой на то необходимости работают до седьмого пота, а гьяни, слегка поднявшись над уровнем карми, думают: «Зачем тяжело трудиться? Ведь нам нужно совсем немного. Зачем копить столько денег, запасать продовольствие и тратить столько сил в погоне за ложным престижем?» Так рассуждают гьяни. Но бхакта превосходит и карми, и гьяни. Карми одержимы множеством желаний, а гьяни пытаются подавить в себе эти желания, однако по-настоящему избавиться от желаний может лишь тот, кто желает служить Кришне. Иного способа нет. Джна-кармдй-анвтам. Бхакты не должны стремиться к гьяне и карме. Поэтому вместо привязанности к материальному у нас должна быть привязанность к Кришне. Только тогда наше отречение будет стойким.

Развивать сознание Кришны нужно в благожелательном настроении (анукӯлйена кшнуӣланам). Это значит, что нужно думать о том, как доставить удовольствие Кришне. Мы должны всегда помнить о Нем, как это делали гопи. У гопи сознание Кришны было совершенным, потому что они желали только одного — доставить удовольствие Кришне. Вот что такое совершенство. Поэтому Чайтанья Махапрабху советует нам: рамй кчид упсан враджа-вадхӯ-варгеа й калпит — нет лучшего способа поклоняться Верховной Личности Бога, чем делать это так, как делали гопи.

У гопи было только одно желание — доставить удовольствие Кришне. К этому стремились все гопи, в том числе и старшие —  Яшода и ее подруги, а также старшие пастухи — Махараджа Нанда и его друзья. Порадовать Кришну хотели и Его ровесники — мальчики и девочки Вриндавана. Доставить Кришне удовольствие стремились даже коровы, цветы, плоды и вода во Вриндаване. Ведь там все духовно. Там нет ничего материального.

Нужно уметь отличать материю и дух. Все материальное лишено признаков жизни. Ими обладает только то, что духовно. Деревья — и в духовном мире, и в материальном — это живые существа, но у деревьев, растущих здесь, отсутствуют признаки жизни. Человек — тоже живое существо, как и преданные в духовном мире, однако у людей, не обладающих сознанием Кришны, истинные признаки жизни отсутствуют.

На самом деле не существует иного сознания, кроме сознания Кришны. А оно имеет духовную природу. Поэтому, если мы, даже находясь в материальном мире, будем развивать в себе сознание Кришны, наша жизнь станет жизнью в духовном мире. Живя в храме, мы живем в мире Вайкунтхи, ибо вся деятельность в храме связана с сознанием Кришны. Есть много всего, что можно делать для Господа. Те, кто строго следует правилам и предписаниям на пути сознания Кришны, живут, по сути дела, не в материальном, а в духовном мире. Нам только кажется, что мы живем в Нью-Йорке, Лос-Анджелесе или где-то еще. На самом деле мы живем на Вайкунтхе.

Все зависит от сознания. Жук может сидеть на одном сиденье с духовным учителем, но разница между ними в том, что сознание духовного учителя развито, а сознание жука — нет. Даже когда они сидят рядом, жук все равно остается жуком, а духовный учитель — духовным учителем. Какое бы положение в пространстве мы ни занимали — будь то в материальном мире или в духовном, — если у нас развито сознание Кришны, мы находимся вне материального мира.

Таким образом, одного самоотречения, или отказа от мирского, недостаточно. Самоотречение может помочь, но эта помощь не будет абсолютной. Совершенным самоотречение становится тогда, когда человек развивает привязанность к Кришне. Чем больше эта привязанность, тем меньше остается привязанности к материальному миру. Привязанность к Кришне и привязанность к миру не могут идти рука об руку. Женщина, которая привязана к двум мужчинам — своему мужу и любовнику, — не сможет любить их одинаково. Ее чувство к любовнику будет усиливаться. И как бы замечательно она ни справлялась со своими домашними делами, в мыслях она всегда будет с любовником: «Когда же мы снова увидимся?» Подобно этому, если наша привязанность к Кришне усиливается, отрешенность от материального мира и безразличие к нему приходят сами собой (бхакти паренубхаво вирактир анйатра ча — Бхаг., 11.2.42).

Вот почему Кунтидеви просит Кришну о милости: обретя ее, она сможет развить привязанность к Кришне. Без Его милости мы не разовьем к Нему привязанность и не сможем стать преданными. Поэтому все, что нам нужно, — это служить Кришне, чтобы доставить Ему удовольствие.

Кришна не нуждается в чьем-либо служении, ибо обладает автономным совершенством. Тем не менее, если мы искренне и всем сердцем будем служить Ему, то по Его милости сможем духовно развиваться. Севонмукхе хи джихвдау свайам эва спхуратй ада. Бог откроется нам. Сейчас мы не видим Его, ибо несовершенны. Как же тогда нам Его увидеть? Премджана-ччхурита-бхакти-вилочанена / санта садаива хдайешу вилокайанти (Б.-с., 5.38). Нужно умастить глаза бальзамом любви, и тогда Кришна откроется нам. Он предстанет перед нами таким, какой есть.

Когда Махараджа Дхрува совершал аскезу и медитировал на образ Вишну в сердце, в какой-то миг этот образ внезапно исчез и медитация прервалась. Открыв глаза, Дхрува увидел перед собой Самого Господа Вишну. Так и мы, подобно Махарадже Дхруве, должны все время думать о Кришне, и, когда достигнем совершенства, мы увидим Кришну прямо перед собой. Таков путь, и не нужно спешить. Мы должны дождаться, когда придет срок. Разумеется, это хорошо — гореть желанием увидеть Кришну, — но не надо отчаиваться, если Кришна не приходит к нам сию же минуту. Если женщина, выходя замуж, думает, что на другой день после свадьбы у нее появится ребенок, ее ожидает разочарование. Ведь ребенок не может появиться так скоро. Ей нужно подождать. Так и мы не должны рассчитывать, что, занявшись практикой сознания Кришны, сможем тотчас увидеть Кришну. Тем не менее надо верить, что однажды мы все-таки увидим Его. Нужно твердо верить, что, практикуя сознание Кришны, мы сможем лицом к лицу встретиться с Ним. Не надо отчаиваться. Надо продолжать свои усилия на пути сознания Кришны, и придет время, когда, подобно Кунтидеви, мы увидим перед собой Кришну. В этом можно не сомневаться.

В «Бхагавад-гите» сказано, что даже того, кто порой совершает неблаговидные поступки, следует считать праведником, если он тверд и непреклонен в служении Кришне. Преданных из Европы и Америки иногда ругают за то, что они поклоняются Божествам не совсем так, как это принято в Индии, но, согласно «Бхагавад-гите», их все равно следует считать праведниками. Мы должны искренне и серьезно сосредоточиться на служении Кришне, тогда, даже если мы будем совершать ошибки, Кришна простит нас. Рупа Госвами говорит: тасмт кенпй упйена мана кше нивеайет — нужно прежде всего сосредоточить ум на Кришне, и тогда способность следовать остальным правилам и предписаниям придет к нам сама собой. Сначала мы должны сделать все, чтобы сосредоточиться на лотосных стопах Кришны. Остальное само по себе войдет в нужное русло.

Кунтидеви называет Кришну Мадхупати. У Кришны тысячи имен, и имя Мадхупати указывает на то, что Он убил демона Мадху. Сознание Кришны часто сравнивают с рекой, но не с обычной рекой, а с Гангой. Ганга кристально чиста и напрямую связана с Кришной. В своих молитвах Кунтидеви говорит: «Я хочу, чтобы моя привязанность и любовь непрерывным потоком стремились к лотосным стопам Кришны, как Ганга всегда течет к морю». Такое умонастроение называется ананья-бхакти — чистой, безраздельной преданностью. И Кунтидеви молит, чтобы река ее привязанности и любви текла к Кришне, не зная преград.