Skip to main content

TEXT 37

ТЕКСТ 37

Tekstas

Текст

śrī-bhagavān uvāca
kāma eṣa krodha eṣa
rajo-guṇa-samudbhavaḥ
mahāśano mahā-pāpmā
viddhy enam iha vairiṇam
рӣ-бхагавн увча
кма эша кродха эша
раджо-гуа-самудбхава
махано мах-ппм
виддхй энам иха ваириам

Synonyms

Пословный перевод

śrī-bhagavān uvāca — Dievo Asmuo tarė; kāmaḥ — geismas; eṣaḥ — tas; krodhaḥ — pyktis; eṣaḥ — tas; rajaḥ-guṇa — iš aistros guṇos; samudbhavaḥ — gimęs; mahā-aśanaḥ — visa ryjantis; mahā-pāpmā — didžiai nuodėmingas; viddhi — žinoki; enam — šis; iha — materialiame pasaulyje; vairiṇam — didžiausias priešas.

рӣ-бхагавн увча — Верховный Господь сказал; кма — вожделение; эша — это; кродха — гнев; эша — это; раджа-гуагуной страсти; самудбхава — порожденный; мах-аана — всепоглощающий; мах-ппм — очень порочный; виддхи — знай же; энам — этого; иха — здесь (в материальном мире); ваириам — злейшего врага.

Translation

Перевод

Aukščiausiasis Dievo Asmuo tarė: Tai – geismas, Arjuna. Jis gimsta susilietus su materialiąja aistros guṇa, o paskui virsta pykčiu. Jisai – nuodėmingasis, viską šiame pasaulyje ryjantis priešas.

Верховный Господь сказал: О Арджуна, эта сила не что иное, как вожделение, которое возникает под влиянием гуны страсти, а затем превращается в гнев. Вожделение — всепожирающий, греховный враг всех существ в этом мире.

Purport

Комментарий

KOMENTARAS: Kai gyvoji esybė susiliečia su materialia kūrinija, amžina gyvosios esybės meilė Kṛṣṇai, susidūrusi su aistros guṇa, virsta geismu. Kitaip sakant, meilės Dievui jausmas virsta geismu, kaip pienas, įmaišius į jį rūgštaus tamarindo – jogurtu. Nepatenkintas geismas perauga į įniršį, įniršis – į iliuziją, o iliuzija pratęsia materialųjį egzistavimą. Taigi geismas – mirtinas gyvosios esybės priešas, tiktai jis verčia tyrą gyvąją esybę kalėti materialiame pasaulyje. Pykčiu ir jo pasekmėm reiškiasi neišmanymo guṇa. Jeigu laikydamasis nurodytų gyvenimo ir elgesio normų žmogus neleidžia aistros guṇai degraduoti iki neišmanymo, bet pakyla iki dorybės, jis pajunta dvasinio gyvenimo skonį ir gali išsigelbėti nuo pykčio ir jį lydinčio nuosmukio.

Когда живое существо попадает в материальный мир, его вечная любовь к Кришне под влияниемгуны страсти преобразуется в вожделение. Это можно сравнить с тем, как молоко при добавлении в него кислого тамаринда превращается в простоквашу. Не получив удовлетворения, вожделение переходит в гнев, а гнев порождает иллюзию, которая держит живое существо в плену материальной жизни. Поэтому вожделение — злейший враг живого существа; именно оно делает чистое живое существо пленником материального мира. Гнев является порождением гуныневежества, и все его последствия тоже возникают из этой гуны. Поэтому, если, выполняя предписания шастр, человек не позволяет влияющей на него гуне страсти преобразовываться вгуну невежества, а вместо этого поднимается на уровень гуны благости, он разовьет в себе духовные привязанности и тем самым спасет себя от гнева и его разрушительных последствий.

Aukščiausiasis Dievo Asmuo išsklinda daugybe ekspansijų, siekdamas plėtoti nuolat augančią Savo dvasinę palaimą, ir gyvosios esybės yra neatskiriamos tos dvasinės palaimos dalelytės. Jos irgi iš dalies nepriklausomos, bet neteisingai pasinaudojus nepriklausomybe, kai polinkis tarnauti virsta noru tenkinti jusles, jas užvaldo geismas. Šį materialųjį pasaulį Viešpats sukūrė duodamas sąlygotoms sieloms galimybę tenkinti savo geidulingus polinkius; kai ilgalaikė, geismų sąlygota veikla atves gyvąsias esybes į aklavietę, jos ims teirautis, kokia tikroji jų padėtis.

Верховный Господь распространил Себя во множество проявлений, чтобы испытывать всевозрастающее духовное блаженство, неотъемлемыми частицами которого являются живые существа. Они обладают некоторой долей независимости, но, когда они злоупотребляют ею, их желание служить Господу превращается в желание удовлетворять потребности собственных чувств, и они оказываются во власти вожделения. Господь создал материальный мир для того, чтобы дать обусловленным душам возможность попытаться удовлетворить свое вожделение; но, когда все их попытки заканчиваются неудачей, живые существа начинают вопрошать о том, какова их истинная природа.

Tokiu teiginiu ir prasideda „Vedanta-sūtra“, kurioje yra sakoma: athāto brahma-jijñāsā – reikia teirautis apie Aukščiausiąjį. O Aukščiausiasis „Śrīmad-Bhāgavatam“ nusakomas kaip janmādy asya yato ‘ nvayād itarataś ca – „Visa ko pradžia yra Aukščiausiasis Brahmanas.“ Taigi Aukščiausiajame slypi ir geismo pradas. Bet jeigu geismas paverčiamas meile Aukščiausiajam, Kṛṣṇos sąmone, kitaip sakant, troškimu patenkinti Kṛṣṇą – tai ir geismą, ir pyktį galima sudvasinti. Hanumānas, Viešpaties Rāmos didis tarnas, išliejo savo pyktį sudegindamas Rāvaṇos aukso miestą, bet to dėka tapo didžiausiu Viešpaties bhaktu. Čia, „Bhagavad-gītoje“, Viešpats Kṛṣṇa irgi skatina Arjuną nukreipti pyktį į priešus ir tuo patenkinti Viešpatį. Taigi net geismas ir pyktis, panaudoti Kṛṣṇos labui, iš priešų virsta mūsų draugais.

С этого вопроса начинается «Веданта-сутра»: атхто брахма- джиджс — «Настало время вопрошать о Всевышнем». О том, кто такой Всевышний, говорится в «Шримад-Бхагаватам»:джанмдй асйа йато ’нвайд итарата ча — «Верховный Брахман есть источник всего сущего». Значит, источник вожделения также находится во Всевышнем. Если нам удастся превратить вожделение в любовь к Богу, то есть в сознание Кришны, и связать с Кришной все свои желания, мы одухотворим и вожделение, и гнев. Хануман, великий слуга Господа Рамы, разгневавшись, сжег дотла золотой город демона Раваны, но благодаря этому он прославился как величайший преданный Господа. Подобно этому, в «Бхагавад-гите» Господь велит Арджуне обратить свой гнев на врага, чтобы доставить Господу удовольствие. Поэтому, когда мы используем вожделение и гнев для служения Кришне, они из врагов превращаются в наших друзей.