Skip to main content

Text 31




न घटत उद्भ‍व: प्रकृतिपूरुषयोरजयो-
रुभययुजा भवन्त्यसुभृतो जलबुद्बुदवत् ।
त्वयि त इमे ततो विविधनामगुणै: परमे
सरित इवार्णवे मधुनि लिल्युरशेषरसा: ॥ ३१ ॥



na ghaṭata udbhavaḥ prakṛti-pūruṣayor ajayor
ubhaya-yujā bhavanty asu-bhṛto jala-budbuda-vat
tvayi ta ime tato vividha-nāma-guṇaiḥ parame
sarita ivārṇave madhuni lilyur aśeṣa-rasāḥ
на гхаата удбхава практи-пӯрушайор аджайор
убхайа-йудж бхавантй асу-бхто джала-будбуда-ват
твайи та име тато вивидха-нма-гуаи параме
сарита ивраве мадхуни лилйур аеша-рас


Пословный перевод

na ghaṭate — does not happen; udbhavaḥ — the generation; prakṛti — of material nature; pūruṣayoḥ — and of the soul who is her enjoyer; ajayoḥ — who are unborn; ubhaya — of both; yujā — by the combination; bhavanti — come into being; asu-bhṛtaḥ — living bodies; jala — on water; budbuda — bubbles; vat — like; tvayi — in You; te ime — these (living beings); tataḥ — therefore; vividha — various; nāma — with names; guṇaiḥ — and qualities; parame — in the Supreme; saritaḥ — rivers; iva — as; arṇave — within the ocean; madhuni — in honey; lilyuḥ — become merged; aśeṣa — all; rasāḥ — flavors.

на гхаате — не происходит; удбхава — создание; практи — материальной природы; пӯрушайо — и души, которая ею наслаждается; аджайо — которые являются нерожденными; убхайа — обеих; йудж — благодаря соединению; бхаванти — появляются на свет; асу-бхта — живые тела; джала — на воде; будбуда — пузыри; ват — как; твайи — в Тебе; те име — эти (живые существа); тата — поэтому; вивидха — разнообразными; нма — с именами; гуаи — и качествами; параме — во Всевышнего; сарита — ре́ки; ива — как; араве — в океан; мадхуни — в мед; лилйу — погружаются; аеша — все; рас — вкусы.



Neither material nature nor the soul who tries to enjoy her are ever born, yet living bodies come into being when these two combine, just as bubbles form where water meets the air. And just as rivers merge into the ocean or the nectar from many different flowers blends into honey, so all these conditioned beings eventually merge back into You, the Supreme, along with their various names and qualities.

Ни материальная природа, ни душа, которая пытается ею наслаждаться, никогда не рождаются, однако когда они соединяются, то возникают живые тела, в точности как пузыри возникают на воде там, где она соприкасается с воздухом. И подобно тому, как реки впадают в океан или как нектар со множества цветков, смешиваясь, образует мед, все эти обусловленные живые существа вместе с их именами и качествами в конце концов погружаются в Тебя, о Всевышний.



Without proper spiritual guidance, one may misunderstand the Vedas’ description of the living entities emanating from the Lord to mean that they have come into being in this process and will eventually pass again into nonexistence. But if the living entities were to thus have only temporary existence, then when one of them would die his remaining karma would simply vanish without being used up, and when a soul would be born he would appear with unaccountable karma he had done nothing to earn. Furthermore, a living being’s liberation would amount to the total eradication of his identity and being.

Без истинного духовного руководства можно неверно истолковать слова Вед о том, что живые существа исходят из Всевышнего. Может создаться впечатление, что, только исходя из Господа, души начинают существовать и рано или поздно они снова погрузятся в небытие. Однако если бы дживы существовали лишь временно, тогда в момент смерти души ее карма попросту исчезала бы, не будучи отработанной, а когда душа рождалась бы, то с ней появлялась бы и ее карма, которую она ничем не заслужила. Более того, освобождение для такой души означало бы полное уничтожение ее бытия и индивидуальности.

The truth is, however, that the soul’s essence is one with Brahman’s, just as the small portion of space contained within the walls of a clay pot is one in essence with the all-expanding sky. And like the making and breaking of a pot, the “birth” of an individual soul consists of his first becoming covered by a material body, and his “death,” or liberation, consists of the destruction of his gross and subtle bodies once and for all. Certainly such “birth” and “death” take place only by the mercy of the Supreme Lord.

Однако истина состоит в том, что душа по своей природе едина с Брахманом, так же как пространство, ограниченное стенками глиняного горшка, по своей сути неотлично от бескрайнего неба. И, подобно тому как горшок сначала создается, а затем разбивается, «рождение» индивидуальной души заключается в том, что она покрывается материальным телом, а ее «смерть», или освобождение, состоит в уничтожении ее грубого и тонкого тел раз и навсегда. Несомненно, такие «рождение» и «смерть» происходят лишь по милости Верховного Господа.

The combination of material nature and her controller that produces the numerous conditioned beings in material creation is likened here to the combination of water and air that produces countless bubbles of foam on the surface of the sea. Just as the efficient cause, air, impels the ingredient cause, water, to form itself into bubbles, so by His glance the Supreme Puruṣa inspires prakṛti to transform herself into the array of material elements and the innumerable material forms manifest from those elements. Prakṛti thus serves as the upādāna-kāraṇa, or ingredient cause, of creation. In the ultimate issue, however, since she is also an expansion of the Supreme Lord, it is the Lord alone who is the ingredient cause as well as the efficient cause. This is as stated in the Taittirīya Upaniṣad (2.2.1), tasmād vā etasmād ātmana ākāśaḥ sambhūtaḥ: “From this Supreme Soul the ether evolved,” and so ’kāmayata bahu syāṁ prajāyeya: “He desired, ‘Let Me become many by expanding into progeny.’”

Соединение материальной природы и ее повелителя, в результате которого в этой материальной вселенной появляются разнообразные обусловленные существа, сравнивается здесь с соприкосновением воды и воздуха, от которого на поверхности моря образуются бесчисленные пузырьки и пена. Подобно тому как действенная причина, воздух, побуждает вещественную причину, воду, образовывать пузырьки, Верховный Пуруша Своим взглядом побуждает пракрити преобразовываться в разнообразные материальные элементы и разнообразные материальные формы, которые создаются из этих элементов. Таким образом, пракрити выступает в роли упадана-караны, или вещественной причины, творения. Однако в конечном счете, поскольку она также является энергией Верховного Господа, единственная вещественная причина, так же как и действенная, — это Сам Господь. Это подтверждается в «Тайттирия-упанишад» (2.1.1, 2.6.1): тасмд в этасмд тмана ка самбхӯта — «Из этой Высшей Души возник эфир», и со ’кмайата баху сй праджйейа — «Он пожелал: „Я стану многим, распространив Себя в потомство“».

The individual jīva souls are not created when “born” from the Supreme Lord and prakṛti, nor are they destroyed when they “merge” back into the Lord, rejoining Him in the pleasure pastimes of His eternal kingdom. And in the same way as the infinitesimal jīvas can appear to undergo birth and death without any factual change, the Supreme Lord can send forth and withdraw His emanations without Himself undergoing any transformation. Thus the Bṛhad-āraṇyaka Upaniṣad (4.5.14) affirms, avināśi vāre ’yam ātmā: “This ātmā is indeed indestructible” — a statement that can be applied to both the Supreme Soul and the subordinate jīva soul.

Когда индивидуальные дживы «рождаются» в результате союза Верховного Господа и пракрити, они не создаются, и, когда они вновь «погружаются» в Господа, воссоединяясь с Ним в Его полных блаженства развлечениях в Его вечном царстве, они не уничтожаются. И точно так же как бесконечно малые дживы в процессе кажущихся рождения и смерти не претерпевают никаких изменений, Верховный Господь может создавать и вбирать в Себя Свои эманации, оставаясь неизменным. В «Брихад-араньяка-упанишад» (4.5.14) утверждается: авини вре ’йам тм — «Эта атма поистине неразрушима», и это утверждение может относиться как к Высшей Душе, так и к подчиненным Ей дживам.

As explained by Śrīla Śrīdhara Svāmī, the dissolution of the living being’s material condition occurs in two ways, partial and complete. Partial dissolution occurs when the soul experiences dreamless sleep, when he leaves his body and when all souls reenter the body of Mahā-Viṣṇu at the time of universal annihilation. These different types of dissolution are like the mixing of nectar brought by bees from different kinds of flowers. The different flavors of nectar represent the dormant individual karmic reactions of each living entity, which still exist but cannot easily be distinguished from one another. In contrast, the ultimate dissolution of the soul’s material condition is his liberation from saṁsāra, which is like the flowing of rivers into the ocean. As the waters from different rivers merge together after entering the ocean and become indistinguishable from one another, so the false material designations of the jīvas are given up at the time of liberation and all the liberated jīvas once again become equally situated as servants of the Supreme Lord.

Как объясняет Шрила Шридхара Свами, уничтожение материальной обусловленности живого существа бывает двух видов: частичное и полное. Частичное уничтожение происходит, когда душа погружается в глубокий сон, когда она оставляет свое тело, а также во время разрушения вселенной, когда все души снова входят в тело Маха-Вишну. Эти разные виды уничтожения подобны смешиванию нектара, который пчелы собрали с разных цветков. Различные вкусы нектара олицетворяют дремлющую карму каждого живого существа, которая никуда не исчезает, но которую в этом состоянии индивидуальной души трудно вычленить. В противоположность этому полное уничтожение материальной обусловленности души — это ее освобождение из самсары, которое уподобляется здесь впадению рек в океан. Впадая в океан, воды разных рек смешиваются между собой, и их уже невозможно отделить друг от друга. Точно так же в момент освобождения все ложные материальные самоотождествления джив уничтожаются и освобожденные души снова возвращаются в свое естественное состояние равенства, занимая положение слуг Верховного Господа.

The Upaniṣads describe these dissolutions as follows: yathā saumya madhu madhu-kṛto nistiṣṭhanti nānātyayānāṁ vṛkṣānāṁ rasān samavahāram ekatāṁ saṅgayanti; te yathā tatra na vivekaṁ labhante amuṣyāhaṁ vṛkṣasya raso ’smy amuṣyāham raso ’smīty evam eva khalu saumyemāḥ sarvāḥ prajāḥ sati sampadya na viduḥ sati sampadyāmahe: “My dear boy this [partial dissolution] resembles what happens when honeybees collect honey by extracting the nectar from the flowers of various kinds of trees and merge it all into a single mixture. Just as the mixed nectars cannot distinguish, ‘I am the juice of such-and-such a flower,’ or ‘I am the juice of another flower,’ so, dear boy, when all these living entities merge together they cannot consciously think, ‘Now we have merged together.’” (Chāndogya Upaniṣad 6.9.1-2)

Упанишады эти разные виды уничтожения описывают следующим образом: йатх саумйа мадху мадху-кто нистишханти ннтйайн вкш расн самавахрам экат раса гамайанти. те йатх татра на вивека лабханте ’мушйха вкшасйа расо ’смй амушйха вкшасйа расо ’смӣтй эвам эва кхалу саумйем сарв прадж сати сампадйа на виду сати сампадймахе — «Мой дорогой мальчик, это [частичное уничтожение] похоже на то, как пчелы делают мед, собирая нектар с цветов разных деревьев и смешивая этот нектар. Точно так же как смешанные между собой разные виды нектара не могут выделить себя из этой смеси: „Я — сок этого цветка“ или „Я — сок другого цветка“, таким же образом, мой дорогой мальчик, когда все эти живые существа сливаются друг с другом, они не могут сами думать: „Теперь мы слились друг с другом“» (Чхандогья- упанишад, 6.9.1–2).

yathā nadyaḥ syandamānāḥ samudre
’staṁ gacchanti nāma-rūpe vihāya
tathā vidvān nāma-rūpād vimuktaḥ
parāt-paraṁ puruṣam upaiti divyam
йатх надйа сйандамн самудре
’ста гаччханти нма-рӯпе вихйа
татх видвн нма-рӯпд вимукта
парт-пара пурушам упаити дивйам

“As rivers flow to their dissolution in the sea, giving up their names and forms at their destination, so the wise man who becomes free from material names and forms attains to the Supreme Absolute, the wonderful Personality of Godhead.” (Muṇḍaka Upaniṣad 3.2.8)

«Подобно тому как, впадая в океан, реки растворяются и теряют свои имена и формы, мудрец, освободившийся от материальных имен и форм, восходит к Высшему Абсолюту, удивительной Личности Бога» (Мундака-упанишад, 3.2.8).

Śrīla Śrīdhara Svāmī prays:

Шрила Шридхара Свами молится:

yasminn udyad-vilayam api yad bhāti viśvaṁ layādau
jīvopetaṁ guru-karuṇayā kevalātmāvabodhe
atyantāntaṁ vrajati sahasā sindhu-vat sindhu-madhye
madhye cittaṁ tri-bhuvana-guruṁ bhāvaye taṁ nṛ-siṁham
йасминн удйад-вилайам апи йад бхти вива лайдау
джӣвопета гуру-каруай кевалтмвабодхе
атйантнта враджати сахас синдху-ват синдху-мадхйе
мадхйе читта три-бхувана-гуру бхвайе та н-сихам

“The Supreme Lord is self-effulgently omniscient. By His great mercy, this universe, which is subject to repeated creation and destruction, remains present within Him after merging back into Him along with the living entities at the time of cosmic dissolution. This total withdrawal of the universal manifestation occurs suddenly, like the flowing of a river into the ocean. Within the core of my heart I meditate upon that master of the three worlds, Lord Nṛsiṁha.”

«Всеведущий Верховный Господь сияет собственным светом. По Его великой милости эта вселенная, проходящая через цикл сотворения и уничтожения, покоится в Нем после того, как во время своего разрушения находит в Нем прибежище вместе со всеми живыми существами. Это полное уничтожение мироздания происходит внезапно, словно впадение реки в океан. В глубине сердца я медитирую на этого повелителя трех миров, Господа Нрисимху».