Skip to main content

Text 149

ТЕКСТ 149

Text

Текст

kṛṣṇa-bhakta — niṣkāma, ataeva ‘śānta’
bhukti-mukti-siddhi-kāmī — sakali ‘aśānta’
кша-бхакта — нишкма, атаэва ‘нта’
бхукти-мукти-сиддхи-кмӣ — сакали ‘анта’

Synonyms

Пословный перевод

kṛṣṇa-bhakta — a devotee of Lord Kṛṣṇa; niṣkāma — actually desireless; ataeva — therefore; śānta — peaceful; bhukti — of material enjoyment; mukti — of liberation from material activities; siddhi — of perfection in yogic performance; kāmī — those who are desirous; sakali — all of them; aśānta — not peaceful.

кша-бхакта — преданный Господа Кришны; нишкма — поистине свободен от желаний; атаэва — потому; нта — умиротворен; бхукти — материальные удовольствия; мукти — свобода от материальной деятельности; сиддхи — йогическое совершенство; кмӣ — тот, кто желает; сакали — все они; анта — не умиротворены.

Translation

Перевод

“Because a devotee of Lord Kṛṣṇa is desireless, he is peaceful. Fruitive workers desire material enjoyment, jñānīs desire liberation, and yogīs desire material opulence; therefore they are all lusty and cannot be peaceful.

«Поскольку преданный Кришны свободен от всех желаний, он умиротворен. В отличие от него, карми одержимы желанием материальных удовольствий, гьяни стремятся к освобождению, а йоги — к материальным достижениям. Все они обуреваемы материальными желаниями и потому не способны обрести умиротворение».

Purport

Комментарий

The devotee of Lord Kṛṣṇa has no desire other than serving Kṛṣṇa. Even so-called liberated people are full of desires. Fruitive actors desire better living accommodations, and jñānīs want to be one with the Supreme. Yogīs desire material opulence, yogic perfections and magic. All of these nondevotees are lusty (kāmī). Because they desire something, they cannot have peace.

У преданного Господа Кришны нет никаких желаний, помимо желания служить Кришне. Даже те, кто обрел так называемое освобождение, полны желаний. Карми стремятся улучшить условия жизни, а гьяни — слиться со Всевышним. Что же касается йогов, то их интересуют материальные достижения, йогическое совершенство и мистические силы. Все эти непреданные обуреваемы материальными желаниями (кмӣ). А поскольку у них есть желания, они не ведают покоя.

The peace formula is given by Kṛṣṇa in the Bhagavad-gītā (5.29):

Секрет умиротворения раскрывается в «Бхагавад-гите» (5.29):

bhoktāraṁ yajña-tapasāṁsarva-loka-maheśvaram
suhṛdaṁ sarva-bhūtānāṁ
jñātvā māṁ śāntim ṛcchati
бхоктра йаджа-тапас
сарва-лока-махеварам
сухда сарва-бхӯтн
джтв м нтим ччхати

One who simply understands that throughout the entire universe Kṛṣṇa is the supreme enjoyer and beneficiary of all kinds of sacrifices, penances and austerities, which should be performed only to attain His devotional service, that Kṛṣṇa is the Supreme Being and thus the proprietor of all the material worlds, and that Kṛṣṇa is the only friend who can actually do good to all living entities (suhṛdaṁ sarvabhūtānām) — one who understands these three principles about Kṛṣṇa immediately becomes desireless (niṣkāma) and therefore peaceful. A kṛṣṇa-bhakta knows that his friend and protector in all respects is Kṛṣṇa, who is able to do anything for His devotee. Kṛṣṇa says, kaunteya pratijānīhi na me bhaktaḥ praṇaśyati: “O son of Kuntī, declare it boldly that My devotee never perishes.” Since Kṛṣṇa gives this assurance, the devotee lives in Kṛṣṇa and has no desire for personal benefit. The background for the devotee is the all-good Himself. Why should the devotee aspire for something good for himself? His only business is to please the Supreme by rendering as much service as possible. A kṛṣṇa-bhakta has no desire for his own personal benefit. He is completely protected by the Supreme. Avaśya rakṣibe kṛṣṇa viśvāsa pālana. Bhaktivinoda Ṭhākura says that he is desireless because Kṛṣṇa will give him protection in all circumstances. It is not that he expects any assistance from Kṛṣṇa; he simply depends on Kṛṣṇa just as a child depends on his parents. The child does not know how to expect service from his parents, but he is always protected nevertheless. This is called niṣkāma (desirelessness).

Достаточно понять, что Кришна — единственный во вселенной, кто наслаждается всеми жертвоприношениями и плодами подвижничества, и что совершать их следует лишь ради того, чтобы встать на путь преданного служения Кришне; что Кришна, будучи Всевышним, повелевает всеми материальными мирами, а также что Кришна — единственный друг, способный принести истинное благо всем живущим (сухда сарва-бхӯтн). Тот, кто усвоит эти три истины, сразу же станет свободным от желаний (нишкма) и обретет мир в душе. Кришна-бхакта знает, что Кришна — его друг и защитник и что Кришна готов ради Своего преданного на все. Кришна говорит: каунтейа пратиджнӣхи на ме бхакта праайати — «О сын Кунти, смело заявляй каждому, что Мой преданный никогда не погибнет». Кришна обещает это, и потому преданный всегда живет в Кришне и не ищет никакой выгоды для себя. Если Сам Всеблагой Господь всегда находится рядом с преданным, зачем тому заботиться о собственном благе? Единственная забота преданного — радовать Всевышнего, служа Ему как можно больше. Кришна-бхакте чуждо желание личной выгоды. Он целиком находится под защитой Всевышнего. Авайа ракшибе кша вивса плана. Как объясняет Бхактивинода Тхакур, преданный свободен от желаний, потому что Кришна в любых обстоятельствах защищает его. Это не значит, что преданный рассчитывает на помощь Кришны. Он просто отдается на волю Кришны, подобно младенцу, во всем зависящему от своих родителей. Младенец не знает, как рассчитывать на помощь родителей, но тем не менее он всегда находится под их защитой. Это и называется нишкамой (свободой от желаний).

Although karmīs, jñānīs and yogīs fulfill their desires by performing various activities, they are never satisfied. A karmī may work very hard to acquire a million dollars, but as soon as he gets a million dollars he desires another million. For the karmīs, there is no end of desire. The more the karmī gets, the more he desires. The jñānīs cannot be desireless because their intelligence is unsound. They want to merge into the Brahman effulgence, but even though they may be raised to that platform, they cannot be satisfied there. There are many jñānīs or sannyāsīs who, after taking sannyāsa and giving up the world as false, return to the world to engage in politics or philanthropy or to open schools and hospitals. This means that they could not attain the real Brahman (brahma satyam). They have to come down to the material platform to engage in philanthropic activity. Thus they again cultivate desires, and when these desires are exhausted, they desire something different. Therefore the jñānī cannot be niṣkāma, desireless. Nor can the yogīs be desireless, for they desire yogic perfections in order to exhibit some magical feats and gain popularity. People gather around these yogīs, and the yogīs desire more and more adulation. Because they misuse their mystic power, they fall down again to the material platform. It is not possible for them to become niṣkāma, desireless.

Хотя карми, гьяни и йоги так или иначе осуществляют свои желания, они никогда не бывают удовлетворены. Карми может тяжело трудиться, чтобы заработать свой миллион долларов, но, как только он получит первый миллион, ему сразу захочется еще один. Желаниям карми нет конца. Чем больше у карми есть, тем больше им хочется. Гьяни тоже не могут быть свободными от желаний, поскольку их разум нечист. Они стремятся раствориться в сиянии Брахмана, но, даже если им удается достичь этого уровня, они и там не находят удовлетворения. Многие гьяни и санньяси сначала отрекаются от мира как от иллюзии, но спустя некоторое время снова возвращаются в него, чтобы заниматься политикой, благотворительностью или открывать школы и больницы. Это означает, что таким гьяни и санньяси не удалось достичь истинного Брахмана (брахма сатйам). Они вынуждены возвращаться на материальный уровень и заниматься благотворительностью. Так у них снова возникают желания, а когда эти желания исполняются, им начинает хотеться чего-то еще. Вот почему гьяни не способны стать нишкма, свободными от желаний. Избавиться от желаний не могут и йоги, поскольку они стремятся к йогическим совершенствам, чтобы с помощью магических трюков обрести популярность. Вокруг таких йогов собираются последователи, и от этого йогам хочется еще больше лести и восхвалений в свой адрес. Злоупотребляя своими мистическими способностями, йоги снова опускаются на материальный уровень. Они тоже не могут достичь нишкамы, свободы от желаний.

The conclusion is that only the devotees, who are simply satisfied in serving the Lord, can actually become desireless. Therefore Caitanya Mahāprabhu says here, kṛṣṇa-bhakta niṣkāma. Since the kṛṣṇa-bhakta, the devotee of Kṛṣṇa, is satisfied with Kṛṣṇa, there is no possibility of falldown.

Подытоживая, можно сказать, что избавиться от желаний способны лишь преданные, которые получают полное удовлетворение от своего служения Господу. Поэтому Чайтанья Махапрабху говорит здесь: кша-бхакта — нишкма. Кришна-бхакта, преданный Кришны, находит удовлетворение в Кришне, и потому преданному не грозит падение.