Skip to main content

Sloka 56

ТЕКСТ 56

Verš

Текст

tato ’tikutukodvṛtya-
stimitaikādaśendriyaḥ
tad-dhāmnābhūd ajas tūṣṇīṁ
pūr-devy-antīva putrikā
тато ’тикутукодвтйа-стимитаикдаендрийа
тад-дхмнбхӯд аджас тӯшӣ
пӯр-девй-антӣва путрик

Synonyma

Пословный перевод

tataḥ — tehdy; atikutuka-udvṛtya-stimita-ekādaśa-indriyaḥ — jehož jedenáct smyslů bylo otřeseno velkým údivem a pak ohromeno transcendentální blažeností; tad-dhāmnā — září těchto viṣṇu-mūrti; abhūt — stal se; ajaḥ — Pán Brahmā; tūṣṇīm — němý; pūḥ-devī-anti — v přítomnosti vesnického božstva (grāmya-devatā); iva — jako; putrikā — hliněná figurka vytvořená dítětem.

тата — после этого; атикутука-удвтйа-стимита-экдаа- индрийа — тот, у которого все одиннадцать его органов встрепенулись от изумления, а потом замерли от трансцендентного блаженства (Брахма); тад-дхмн — сиянием тех (вишну-мурти); абхӯт — стал; аджа — Господь Брахма; тӯшӣм — молча; пӯ-девӣ-анти — в присутствии деревенского божества (грамья-деваты); ива — словно; путрик — глиняная кукла, сделанная ребенком.

Překlad

Перевод

Záře těchto viṣṇu-mūrti tehdy způsobila, že Pán Brahmā, jehož jedenáct smyslů bylo otřeseno údivem a ohromeno transcendentální blažeností, oněměl jako dítětem vytvořená hliněná figurka v přítomnosti vesnického božstva.

Под могучим сиянием, исходившем от этих вишну-мурти, Господь Брахма, одиннадцать органов которого встрепенулись от изумления и замерли от трансцендентного блаженства, притих и стал похож на детскую глиняную куклу, оказавшуюся перед деревенским божеством.

Význam

Комментарий

Brahmā byl ohromen transcendentální blažeností (muhyanti yat sūrayaḥ). Všechny jeho smysly byly údivem ochromené a nebyl schopen nic říci ani udělat. Dříve se považoval za absolutního a myslel si, že je jediným mocným božstvem, ale nyní byla jeho pýcha pokořena a znovu se stal pouze jedním z polobohů-jistě významným polobohem, ale přesto jen polobohem. Brahmu tedy nelze srovnávat s Bohem-Kṛṣṇou či Nārāyaṇem. Nārāyaṇa je zakázáno přirovnávat dokonce i k polobohům, jako je Brahmā a Śiva, natož pak k ostatním.

Брахма застыл от трансцендентного блаженства (мухйанти йат сӯрайа). Все его органы замерли, и он был не в силах что-либо говорить или делать. Брахма считал себя абсолютом, единственным богом, наделенным властью, но теперь его гордыня была сокрушена и Брахма вспомнил, что он всего лишь полубог — конечно, один из важных полубогов, но не более того. Это значит, что нельзя приравнивать Брахму к Кришне, Нараяне, то есть к Богу. Запрещается приравнивать к Нараяне даже полубогов, таких как Брахма и Шива, что уж говорить о других существах.

yas tu nārāyaṇaṁ devaṁ
brahma-rudrādi-daivataiḥ
samatvenaiva vīkṣeta
sa pāṣaṇḍī bhaved dhruvam
йас ту нрйаа дева
брахма-рудрди-даиватаи
саматвенаива вӣкшета
са пшаӣ бхавед дхрувам

“Každý, kdo polobohy, jako je Brahmā a Śiva, staví na stejnou úroveň s Nārāyaṇem, musí být považován za hříšníka.” Neměli bychom srovnávat polobohy s Nārāyaṇem, neboť to zakázal dokonce i Śaṅkarācārya (nārāyaṇaḥ paro 'vyaktāt). Védy rovněž uvádějí: eko nārāyaṇa āsīn na brahmā neśānaḥ-“Na počátku stvoření byla pouze Nejvyšší Osobnost, Nārāyaṇa. Brahmā ani Śiva neexistovali.” Proto ten, kdo na konci svého života vzpomíná na Nārāyaṇa, dosáhne životní dokonalosti (ante nārāyaṇa-smṛtiḥ).

«Тот, кто считает полубогов, таких как Брахма и Шива, равными Нараяне, безусловно, является богохульником». Мы не должны приравнивать полубогов к Нараяне — даже Шанкарачарья запретил делать это (нрйаа паро ’вйактт). Кроме того, в Ведах сказано: эко нрйаа сӣн на брахм нена — «На заре творения существовал только Нараяна, Верховная Личность, и не было ни Брахмы, ни Шивы». Поэтому тот, кто в конце жизни вспомнит Нараяну, достигнет высшего совершенства (анте нрйаа-смти).